— Я на море еду, поживу месяц в доме, который краля твоя купила! – заявила свекровь, а сноха услышала и ужаснулась…

Ольга Борисовна прошлась по квартире сына, морща носик. Она демонстративно кончиком пальца собрала пыль с комода, показывая не в первый раз, что сноха ей якобы, досталась ленивая. Ахнув и закатив глаза, женщина покачала головой.

— И как ты живёшь в таком бардаке? – спросила Ольга Борисовна, переведя взгляд на сына.

Николай только пожал плечами, потому что вопрос показался ему, как минимум, странным. Где его мать увидела бардак – непонятно. Николай сам вчера убирался. Жена его, Света, устала, так как целый день работала, а у него выходные, почему бы не помочь? Вот только пыль он не добрался протереть, но делали это на прошлой неделе, поэтому прочным слоем она точно не успела бы осесть.

 Изображения используются на правах коммерческой лицензии.

Изображения используются на правах коммерческой лицензии.

— Мам, ты пришла снова осуждать мой выбор? – спросил Николай, устало поджав губы.

Ольга Борисовна с самого начала невзлюбила избранницу сына. Сначала она жаловалась, что Коля рановато из родимого гнёздышка решил выпорхнуть, а потом говорила, что сын любимый и единственный совсем не уделяет внимания матери, и для него перестал существовать весь белый свет, так как проводит всё свободное время с женой. В общем, Ольга Борисовна всегда находила повод, чтобы осудить Свету. Николай всегда заступался за жену, но он утомился спорить с матерью. Теперь даже её визиты в гости не радовали. Разве сулили они хоть что-то хорошее? Только сплошную нервотрёпку. Ругаться с матерью не хотелось, поэтому Николай старался вести себя обходительно и мягко отвечать на её упрёки, однако нервы теперь уже были на пределе, а силы на исходе.

Света спала в комнате. Она всю ночь работала, легла только под утро, поэтому Николай попросил мать говорить потише. Он вообще не ожидал, что та решит приехать в гости, а тут вдруг позвонила, сообщила, что она уже на подходе – вышла из автобуса на остановке и уже приближается к их дому.

— Ну зачем же осуждать? Не мне жить с твоей Светой. Сделал выбор, теперь отвечай за него сам. Что мне до него? Я уже всё, что думала, сказала, да ты не послушал.

— Вот и правильно. Я рад, что до тебя, наконец, дошло, что это мой выбор, и только мне решать – хорошо или плохо я поступил, женившись на Свете.

— Ты говори, да не заговаривайся, — фыркнула Ольга Борисовна, но тут же смягчила тон, — Такой красавец. До сих пор не понимаю, что тебя в ней привлекло.

Внешность у Николая действительно была притягательная. Когда он учился в школе, мать неустанно твердила, что сын просто обязан пойти учиться на актёра. Она была уверена, что Коля прославится благодаря своей красоте, станет известным на всю страну. Однако парня не интересовала игра на публику. И к славе он никогда не стремился. Ему нравилось проводить время в библиотеке, вопреки всем бытующим мнениям, что книжным червём может быть только неприятной наружности ботаник в очках. В университете у Николая не было отбоя от поклонниц. Он поступил учиться на архитектора, и девушки к нему липли, как мухи на мёд. Была даже одна дочь высокого начальника. Как же Ольга Борисовна хотела, чтобы сын женился именно на ней, да только не сошлись они характерами. Не о чем было поговорить с Люсей, так как голова её забита была совсем не учёбой, лишь о модных шмотках, да о различных заведениях для элиты Николай от неё и слышал. А потом он встретил Свету. Девушка стала его лучиком света в непроглядной тьме. Она осветила его путь, и Николай понял, что именно с ней хочет провести всю свою жизнь. Мама, конечно, пыталась отговорить его. Она устраивала Николаю якобы случайные встречи с Люсей, пока он не заявил, что женится на Свете, и от своего решения отступать не будет. Попытки отговорить сына совершить страшную ошибку, к успеху не привели. Ольга Борисовна решила, что должна получить хоть какую-то выгоду от брака Николая и Светланы, а тут и вариант подвернулся неплохой.

— А вы о детях не думаете даже? Уже пять лет вместе… Кстати, Люсю, твою бывшую, видела на днях. У неё сын родился. Мальчишка такой хорошенький. Муж её, как сыр в маслице катается. Счастливы все. Привет она тебе передала.

— Я рад за неё, — улыбнулся Николай.

Он подумал, что хоть Люся какое-то время и считала себя его девушкой, а ведь у них ничего серьёзного не было. Поцеловались пару раз в щёчку, как дети, и на этом всё. Где уж там его мать придумала отношения, способные довести до брака, Коля так и не понял.

— Хотелось бы мне так же за тебя радоваться. Да не получится. Знаю. Ладно… я собственно приехала, чтобы сказать, чтобы ты на следующий месяц планов никаких не строил. Нужно будет через день ко мне заезжать, поливать цветы.

— Вот это новости. Ты же знаешь, мам, что от моего присутствия одного цветы умирают. Всегда говорила, что мне к ним приближаться нельзя.

— А что поделаешь? Мне больше некому доверить ключи от своей квартиры. Будь с ними нежен. Цветы как женщины – требуют любви и внимания.

Ольга Борисовна мечтательно улыбнулась, явно окунувшись в воспоминания из ушедшей молодости. Тогда она была другой. Она верила в сказки, ждала своего принца на белом коне. Замуж выйти хотела исключительно по любви. Женщина частенько рассказывала своему сыну, как за ней ухаживал богатый состоятельный мужчина, даже замуж звал, но не любила она его, предпочла отца Николая, а в итоге влачила жалкое нищенское существование. И любовь пропала, как только денег перестало хватать даже на необходимое. Ольга Борисовна стала проклинать мужа, пилить его, на чём свет стоит, он запил с горя. В итоге всё закончилось крайне неприятно. Теперь уж и вспоминать такую любовь не хотелось. А начиналось всё красиво, и Ольга Борисовна тогда совсем не слушала советов своей матери о том, что нужно выбирать богатого, а не любимого. Теперь жалела, конечно. Если бы она смогла вернуться в прошлое, многое бы изменила. Хотела уберечь сына от совершения похожей ошибки, да не смогла.

— Ты куда-то ехать собираешься? Почему просишь за цветами приглядеть? – спросил Николай у матери.

— Собираюсь. Я на море еду на месяц. Буду в доме жить, который краля твоя купила. А что? Зря, что ли она деньги вложила? Вам всё равно с работой вашей некогда ехать. Вот и не будет простаивать почём зря. Заодно и посмотрю, как там живётся вообще.

Светлана в это время как раз проснулась, а так как дверь из-за сквозняка приоткрылась, она услышала слова свекрови и ужаснулась. Разве можно было без спроса принимать такие решения и распоряжаться чужим имуществом?

— Мам, вообще-то, дом этот купили не просто так, — возмутился Николай, глядя на мать. На мгновение он и сам потерял дар речи. Удивился, что мать, всегда называвшая Свету никудышной, вдруг решила воспользоваться её имуществом. Да ещё и таким наглым образом.

— И правильно сделали! Не можешь позволить себе оплатить матери путёвку на море, так хоть в халупе вашей поживу. Мне всё равно нужно здоровье поправить. Уже немолодая, а морской воздух помогает. В общем, я билеты уже купила. Вещи тоже собрала. Надо будет, чтобы ты приехал и записал, какие цветы и как поливать правильно. И ключи мне давай, чтобы я не забыла, а то приеду, придётся замок ломать. – Ольга Борисовна нервно хохотнула. Со стороны это выглядело крайне нелепо.

— Не нужно ломать никакие замки! – вошла в зал Светлана. Растрепанная, с огромными синяками под глазами, она наверняка выглядела ужасно, но высокого значения это и не имело. Одобрение свекрови было последним, за что ей хотелось бороться в этой жизни. Зачем, если Ольга Борисовна сразу показала свой характер?

— Здравствуй, Светочка! Разве тебя не учили правилам хорошего тона? Нужно здороваться, когда давно не видел человека.

— Здравствуйте, Ольга Борисовна. Меня учили как раз, а вот вас, наверное, нет. Следует спрашивать разрешения, прежде чем решать ехать ломать замки в чужом доме.

Ольга Борисовна мгновенно изменилась в лице. Женщина побледнела, а уже в следующую секунду её лицо покрылось пунцовыми пятнами. Даже кончики ушей заполыхали. Рвано дыша, она возмущённо смотрела на сноху и пыталась подобрать правильные слова, чтобы поставить ту на место, да вот только сказать было нечего.

— Ты хочешь сказать, что я для вас чужой человек? – заикаясь, спросила Ольга Борисовна. В её голосе так и сквозила обида, приправленная нотками неприязни.

— Я хочу сказать, что дом этот купила я, а не вы. И как минимум, вы должны были обратиться ко мне, чтобы спросить разрешения пожить там. Я всё понимаю, вам захотелось отдохнуть, но мы с Колей тоже мечтаем об отдыхе, который и не предвидится в ближайшее время. Потому что деньги на дом нам не упали с неба, пришлось взять большой кредит, который отдавать как-то нужно. Вам следует понимать это.

— Ну вот и молодцы. Отдавайте. Что тут ещё можно сказать? Какое отношение к моему отпуску имеют ваши долги? Ты завидуешь, что я своё отработала и могу позволить себе отпуск? Или в чём дело, я не понимаю? Не можете поехать к морю, так не следует мешать другим, Светочка.

Светлана, глядя на свекровь, думала – на самом деле та ничего не понимает или нарочно притворяется, корча из себя святую невинность? А может, просто старалась скрыть свою обиду, которая появилась, как только она получила отказ? Пусть пока и косвенный?

— Ольга Борисовна, в этом доме живут квартиранты. Он забронирован под аренду на весь сезон. И я не могу просто взять и отменить бронь, потому что вы вдруг решили, что хотите отправиться в отпуск. Дом был куплен не просто так. Мы взяли кредит, рассчитывая отдать его за летние месяцы. Поэтому сейчас никто не поедет в отпуск к морю, так как дом этот не для развлечения. Если всё пройдёт хорошо, и мы погасим все долги, то тогда вы сможете поехать отдохнуть осенью, но не раньше закрытия сезона.

— И зачем мне нужен отдых осенью? Когда море ледяным станет, и в нём уже не искупаешься? Да-а, сынок… — Ольга Борисовна посмотрела на сына, сжав губы в тонкую полоску. Она всем видом показывала, что разговоры вести будет с Николаем, а не его недостойной женой, на которую своё драгоценное время тратить совершенно не хотелось. – Не ожидала, что ты такую свинью матери подложишь. Никакой от тебя пользы совершенно!

— Мам, мы тебе ничего не обещали. Тебе следовало с нами сразу поговорить, когда засобиралась покупать билеты. А чем мы тебе теперь поможем?

— Я правильно понимаю, что вы предлагаете мне платить вам за аренду дома? – ледяной тон Ольги Борисовы немного пугал. Она вела себя так, словно у неё отняли что-то дорогое. Будто это она зарабатывала на дом потом и кровью, а его у неё забрали и выставили несчастную на улицу.

— Мы вам этого не предлагали, — начала Света, но свекровь не дала ей договорить.

— А ты молчи, вообще, я с сыном разговариваю!

— Мам, не нужно так общаться с моей женой. Этот дом купила Света. Её родители помогли со взносом. Так что если ты захочешь там пожить, когда долги будут погашены, ты должна будешь спрашивать разрешения у Светланы.

Ольга Борисовна высоко подняла голову, фыркнула что-то нечленораздельное и спешным шагом направилась к двери. Женщина только на пороге бросила, что она не собирается просить Свету о милости, и сама разберется, как ей отдохнуть, а с сыном после такого вообще общаться не хочет.

Ещё долгое время Светлана и Николай пребывали в смятении. Они много ожидали, но не думали, что дело может набрать столь серьёзные обороты. Странно всё это выглядело. Николай рассчитывал, что его мать остынет, но она начала показывать свою обиду, отказывалась общаться с сыном и заявляла, что теперь знает, кто ему дороже матери родной.

Светлана с супругом работали, чтобы погасить долги быстрее, ведь окупить покупку дома за сезон дело непростое, если не будешь вкладывать дополнительные деньги. Риелтор, с которым подписали договор, тоже брал свой процент, ведь жить у моря супруги не могли, чтобы самостоятельно заселять жильцов, а потом убираться в доме. Время летело быстро, и вот долги были погашены.

— Теперь можем и в отпуск съездить, — сказал Николай, обнимая жену.

— Сил не осталось на это. Хочется вот растечься по кровати и не вставать с неё, — посмеялась Света. – А что твоя мама? Вы вчера разговаривали… Не спрашивала о доме?

— Ведёт себя как гордая и независимая. Да и вообще, раз мы с тобой устали так сильно и пока хотим просто провести время дома вдвоём, пусть твои родители на море поедут. В конце концов, они немало ведь вложили в его покупку.

Родители Светланы обрадовались. Они уже написали заявление на отпуск на работе и планировали провести у моря три недели. Не имело значения холодная вода или тёплая, ведь совсем необязательно купаться, можно просто наслаждаться видами.

Ольга Борисовна заявилась в тот день, когда Николай проводил родителей Светы в аэропорт.

— Раз уж вы долги все закрыли, я решила, что поеду и поживу в вашем доме месяц. Пригляжу за ним, — сказала женщина, словно делала одолжение, о котором её и не просили вовсе.

— Ладно. Через три недельки тогда можешь ехать. Уверен, Света не будет против. – Николай покосился на жену, ответившую ему кроткой улыбкой.

— Что значит через три недельки? Я планировала ехать уже на днях…

Николай и Светлана переглянулись, понимая, что история повторяется. И каждый уже мысленно делал ставки, сколько времени Ольга Борисовна не будет разговаривать с сыном после этого раза. Однако получив отказ во второй раз, женщина больше не стала вести себя настолько наглым образом. Она остыла, поняла, что поступала неправильно. И в следующий раз смогла поехать к морю, когда сын сообщил, что дом свободен, и сейчас его мама может отдохнуть, ведь скоро начнётся сезон… а в сезон они планировали зарабатывать, ведь не просто так сделали такое вложение.

Ольга Борисовна стала мягче относиться к Светлане, пересмотрела своё поведение и поняла, что сноха ей досталась золотая. Другая на её месте уже и мужу запретила бы общаться с капризной матерью. Однако подружиться она со Светой не смогла – гордость не позволяла.

lifesmilegoess.ru
— Я на море еду, поживу месяц в доме, который краля твоя купила! – заявила свекровь, а сноха услышала и ужаснулась…
Диета номер 8 по Певзнеру
Диета номер 8 по Певзнеру — «старый» советский способ похудения на 5 кг в месяц. Простое меню и список продуктов